Банкиры и валютчики

Согласитесь, что все мы уже давно меряем зарплату да и вообще все в американских у.е. Поэтому каждое сообщение о жизни доллара воспринимается трансцендентально и близко к истерике. Но когда читаешь откровения г-на Марченко, тут уже не до истерики. Тут возникает икающий смех, плавно переходящий в знакомый ступор.


Андрей ЗУБОВ, журналист


Особенно бьет по фибрам вот это: «В случае передачи валютообменной деятельности банкам нет опасений ухода небанковских обменных пунктов в теневой сектор».


Здесь я даже говорить ничего не буду, а лучше расскажу одну историю из нашего недалекого прошлого. Ибо опыт борьбы с валютными спекуляциями в нашей стране  огромный, и, если обменные пункты все же прикроют, этот опыт может весьма пригодиться.


Валютные махинации в нашей стране начали набирать обороты с начала 60-х. В страну потянулись иностранцы, а часть советских граждан получила возможность выезжать за границу. Наступила золотая пора для фарцовщиков, проворачивающих крупные операции по обмену валюты. Туристы, въезжающие в СССР, должны были менять валюту по официальному курсу (1 доллар = 68 копеек), в то время как «бегунки» предлагали цену в пять-шесть раз выше. А гражданину СССР, собирающемуся в заграничное путешествие, разрешалось поменять не более 30 рублей. Полученной законным способом валюты явно не хватало для приобретения за рубежом модных вещей и техники. Потому советские туристы охотно отдавали по 5 рублей за доллар.


В начале 60-х годов во время очередного визита Хрущева в Западный Берлин произошел неприятный инцидент: несколько американских дипломатов ехидно заметили высоким партийным чинам, что какие-то люди на улицах Москвы постоянно пристают с просьбами тайно продать им валюту... Это было очень некстати и невероятно досадно. Многие десятилетия пропаганда Советского Союза лелеяла во всем мире легенду о людях новой формации, энтузиастах и бессребрениках. И вот теперь эта легенда трещала по швам, причем в разгар «холодной войны»...


Возвратившись из поездки, разъяренный Хрущев прямо в аэропорту потребовал отчета о том, как ведется борьба с контрабандистами и валютчиками. КГБ взялся за дело. Выявились главные фигуры на рынке нелегальных валютных операций. Ими оказались Ян Рокотов и Владислав Файбишенко, а на них работало множество рядовых «бегунков». После непродолжительной слежки и выявления контактов Рокотова взяли прямо у камеры хранения, где он, как Корейко, хранил свой чемодан. В нем были обнаружены: 12 килограммов золота, валюта на 2,5 миллиона долларов и крупная сумма советских рублей. У Файбишенко при задержании изъяли 148 золотых английских фунтов и крупную сумму советских денег. А во время обыска обнаружили в тайнике валюты почти на 500 тысяч.  Они не грабили банк - все эти деньги они сделали на пустом месте, чисто на валютных операциях. Финансовыми гениями и деловыми людьми они точно были, вот только жили не в то время или не в том месте, где можно было эти таланты применять...


Во время следствия валютчики не особенно пугались - по действующим тогда законам им грозило тюремное заключение лет на шесть-восемь. Узнав, что валютчиков ожидает всего восемь лет тюрьмы, Никита Сергеевич пришел в ярость, и в феврале 1961 года Президиум Верховного Совета СССР принял указ об ужесточении наказания за изготовление или сбыт поддельных денег и ценных бумаг, валютные операции, а также получение взятки.


Хрущеву пытались разъяснить: согласно вновь принятому Указу Президиума Верховного Совета СССР срок за незаконные валютные операции увеличен до 15 лет. Но это наказание нельзя применить к Рокотову и Файбишенко: указ был подписан уже после их ареста, а в соответствии с общепринятой в мире юридической практикой закон обратной силы не имеет.


На Хрущева эти доводы не произвели ни малейшего впечатления, он рявкнул, что «за такие приговоры самих судей надо судить», а «гадов расстреливать». А должностные и партийные лица в Советском Союзе еще хорошо помнили, что они сегодня сидят на своих тепленьких местах, а завтра могут оказаться местах более холодных... А правовая грамотность советского человека сводилась к понятию «революционное правосознание». Поэтому суд состоялся снова, и валютчикам дали по 15 лет.


Файбишенко и Рокотова охватил ужас, они-то рассчитывали получить свои 8 лет, отсидеть шесть, но они не знали самого интересного: Хрущева это тоже не удовлетворило. Тогда был подписан беспрецедентный указ, придавший обратную силу закону: советская Фемида подсуетилась, и в июле 1961 года был скоренько принят новый закон, устанавливающий смертную казнь за ряд экономических преступлений, совершенных в особо крупных размерах. Было проведено еще одно разбирательство, и заседавший два дня суд приговорил Рокотова и Файбишенко к исключительной мере уголовного наказания - расстрелу. Ян Рокотов тогда писал в своем прошении: «Никита Сергеевич, я очень прошу Вас сохранить мне жизнь и меня помиловать.


Сейчас я переродился, вновь рожден и совершенно другой человек. Все стяжательство, спекуляция из меня вышло, мне 33 года, я буду полезным человеком для советского государства». Не помогло. Через несколько дней приговор был приведен в исполнение. То есть я к чему? Марченко обещает, что после закрытия обменников валютчики не уйдут в теневую экономику. А куда, простите, они уйдут? Гладиолусы окучивать?


И вообще, господа: ясный же перец, что все банки мечтали бы прибрать к рукам такую вкусную кормушку, как обменники. Этим решается масса мелких и докучливых проблем типа пополнения ликвидности. Я еще вот что скажу: капитализм без спекуляции все равно, что сутенер без проституток, и никуда мы от этого не денемся! Дело в другом: судя по развитию кризиса, он, этот кризис, был предопределен очень задолго. Несколько лет подряд деньги делались из воздуха, сейчас пришло время кому-то эти деньги потерять. «Заработали» одни, расплачиваются другие. И все финансовые реформы делаются сейчас только лишь для сохранения иллюзии, что за 17 лет были построены нормальные экономика и денежная система, что деньги надо хранить в тенге, и желательно на долгосрочных депозитах, поскольку эти накопления - основа роста экономики. Правда, курс тенге держать не получается, вот и происходит «выравнивание линии фронта», и тенге девальвируется, и золотые запасы тают. В итоге вся страна, от банкиров до пенсионеров, превратилась в валютных спекулянтов. Человек не купит себе хлеба и посидит голодным, если узнает, что завтра хлеб (в долларах) будет стоить дешевле. Трудно представить себе, как американцы или, к примеру, немцы переводят свои сбережения то в доллар, то в евро в зависимости от колебания курсов.


Что надо сделать? Может быть, последовать совету французского экономиста Жака Сапира? Национальную валюту можно поддержать с помощью удовлетворения спроса на сохранение платёжеспособности свободных денежных средств, с помощью распространения Нацбанком облигаций срочных, компенсирующих инфляцию, займов. Создать интерес к подобным бумагам можно, привязав уровень доходности ГКО к ценам на нефть.


Не знаю... Знаю только, что любые административные ограничения не помогут - во-первых, они неэффективны и в законопослушных странах, а во-вторых, в нашей стране, когда каждый чиновник считает, что «закон - это я», и у всех остальных граждан отношение к закону наплевательское, административные ограничения тем более без толку.


 

Банкиры валютчики

Также рекомендуем прочитать

Оставить комментарий или два

Пожалуйста, зарегистрируйтесь для комментирования.